Врачи Томского онкологического диспансера посетили ведущие специализированные клиники Китая

Главный врач Томского онкологического диспансера, к.м.н., хирург  Максим Грищенко и заведующий отделением абдоминальной и торакальной онкологии, д.м.н. Евгений Дроздов в составе объединённой делегации российских специалистов приняли участие в меж­дународной встрече по колоректальной хирургии.  За месяц до их поездки в группе ведущих специалистов в области торакальной хирургии России проложил дорогу в Поднебесную врач-хирург Владислав Гаркуша. Основная часть обеих программ прошла в Шанхае. У абдоминальных хирургов – в ведущем специализированном Shanghai Cancer Center при Fudan University.  Стажировка по торакальной хирургии состоялась в Shanghai Chest Hospital — одном из мировых центров, где сосредоточено лечение онкозаболеваний легких, средостения, трахеи и грудной стенки. 

Роботы-роботы

– В первый день мы посетили производственную площадку в Чанчжоу, где познакомились с процессом разработки и изготовления медицинского оборудования и хирургических инструментов, включая сшивающие аппараты, используемые в оперативной практике. Огромное производство, автоматизация, чистота – все это было очень интересно увидеть своими глазами, – делится впечатлениями Евгений Дроздов.

Врачи оценили высокий уровень контроля выпускаемой продукции. Робот выявлял и моментально откидывал из ячеек бракованную деталь. Одно­временно томские медики увидели социальную составляющую производ­ства. В отдельном цехе люди выполняли простую однозадачную работу, более подходящую для автоматики. Но перенаселенному Китаю нужны рабочие места.

Начало работы делегации торакальных хирургов также было связано с производством и роботизацией.

– В городе Уси мы побывали в симуляционном центре, где представлены современные хирургические технологии китайского производства: линейные сшивающие аппараты, шовный материал, эндоскопические стойки, а также роботизированные системы для выполнения хирургических вмешательств, – рассказывает Владислав Гаркуша.

Здесь же Владиславу Михайловичу представилась возможность сразу отработать манипуляции с использованием хирургического робота на искус­ственных моделях.

– Уже в первые десять минут работы появилось ощущение уверенного контроля инструментов – без периода адаптации, который обычно возникает при освоении нового метода хирургического вмешательства, – отмечает доктор. – Современные роботизированные системы выстроены логично и интуитивно для хирурга, работающего в эндоскопическом поле. А опыт однопортовых видеоассистированных операций, которым мы владеем,  формирует правильное пространственное мышление, точную работу в узком операционном поле и спокойное управление инструментами. В результате переход к роботу воспринимается не как освоение новой техники, а как расширение уже существующих навыков.

Евгений Сергеевич поясняет, что роботическая хирургия относится к разделу миниинвазивной хирургии и является следующим шагом после лапароскопии.  Она более щадящая и определенно имеет свои преимущества. Робот обладает большей амплитудой движения, чем рука человека, этим достигается вероятность оперативного иссечения в тех местах, куда физически трудно подобраться. Но стоимость операции при помощи робота может превысить медицинскую страховку пациента, и потому не каждый может себе ее позволить. Активное развитие медицинской роботизации вызвано опять же большим количеством людей. Китайские коллеги, по словам томских онкологов, меньше оперируют руками, в том числе в связи с тем, что им нужно работать быстро и выполнять большой объем операций.  А количество врачей на душу населения в Китае меньше, чем в России.

Восток и Запад

В структуре Shanghai Cancer Center при Fudan University 24 операционные, где ежедневно проводится порядка 130-140 хирургических вмешательств. Российские специалисты работали в колопроктологическом отделении центра, рассчитанном на 100 коек. Ежедневно здесь выполняется 18-20 операций, а в год – более 6000 операций на ободочной и прямой кишке. Китайские врачи очень дисциплинированы. Их рабочий день начинается в семь утра и длится до того момента, пока не закончится операция последнего по плану пациента. Отложить на завтра невозможно, потому что уже расписано новое количество онкобольных, которым требуется хирургическая помощь. 

На фотографии, которую сделал Владислав Гаркуша, коллега из Перми держит список пациентов, длина которого выше человеческого роста. Количество операций в Shanghai Chest Hospital  ошеломляет – около 27 тысяч в год! Стажировка абдоминальных хирургов большую часть времени пришлась именно на операционные, где ежедневно выполнялось от 90 до 116 операций. Томскому торакальному хирургу удалось присутствовать примерно на 25 операциях и подробно разобрать ключевые этапы вмешательств. 

Обсуждая уже в Томске свои впечатления, коллеги сошлись во мнении, что базовые принципы онкологической хирургии у китайцев и россиян едины. Подход к анатомии, техника диссекции, логика радикальности и онкологического контроля совпадают.

– В то же время при ранних стадиях развития опухоли легких китайские коллеги иссякают меньше, – отмечает Владислав Гаркуша. – Мы в своей прак­тике работаем строго в рамках действующих клинических рекомендаций и в целом придерживаемся западной школы, сформированной на современной доказательной базе и клинических исследованиях в торакальной онкологии.

Восток и Запад в медицине – эти различия представляют наибольший профессиональный интерес и требуют внимательного анализа.

 Главный врач Максим Грищенко и заведующий отделением абдоминальной хирургии Евгений Дроздов отметили разницу комплексного ведения пациентов.

– В китайской клинике послеоперационный пациент максимально активизируется после пробуждения от наркоза и сразу поступает в общую палату, тогда как по нашему протоколу он минимум сутки находится в реанимации под наблюдением специалистов, – рассказывает Евгений Сергеевич.

Уход за больным осуществляют родственники, поэтому меньшее внимание в китайской клинике отводится санэпид­режиму.  Спустя неделю после операции больной переводится в реабилитационный центр.

Общение с китайскими коллегами в основном велось на английском языке. Конечно, были и переводчики. Но врач врача всегда поймет. При разнице протоколов общей позицией российских и китайских медиков стало понимание ключевой роли этапа восстановления, ускоренной реабилитации и повышение качества жизни пациентов.

Развитие хирургии сегодня невозможно без постоянного профессио­нального взаимодействия. Обмен опытом между специалистами разных стран, анализ результатов, обсуждение сложных клинических ситуаций и освоение новых техник являются необходимым условием повышения безопасности и эффективности лечения.

– В конечном итоге любая образовательная деятельность в хирургии имеет прикладной смысл, – говорят доктора. – Новые знания, техники и подходы возвращаются в клиническую практику в виде более точных операций, меньшей травматичности, более безопасного и эффективного лечения. Именно это и формирует тот результат, который в первую очередь важен для пациента.